Интервью Тима Шифа с Давидом Бэллем

Запись на тренировку

Заполните эту форму, и мы с вами свяжемся

Мы в соцсетях:



Интервью Тима Шифа с Давидом Бэллем Сегодня мы публикуем перевод к видео-интервью Тима Шифа с Давидом Бэллем, котрым он ознаменовал свое активное возвращение к паркуру и ответил на множество спорных вопросов впервые за последние 8 лет. 

Приятного просмотра/чтения:

Тим: Здравствуй, Давид. Большое спасибо тебе от меня и от имени всего сообщества за то, что дал возможность встретиться с тобой здесь, в Лозанне, у красивого озера. Кстати, что тебя привело сюда?

Давид: Что меня сюда привело? Многие вещи, которые должны измениться в паркуре. Я нахожусь в Лозанне, чтобы попытаться помочь продвижению паркура. Это правда, что я редко появляюсь на публике. Но я начал встречать некоторых интересных людей, которые позволяют мне делать с паркуром то, чего я всегда хотел.

Т: Прошло уже, наверное, 8-10 лет с тех пор, как мы в последний раз с тобой говорили о том, почему ты начал заниматься, о духе паркура. Что ты делал последние 8 или 7 лет?

Д: Просто жил своей жизнью.

Т: Жил своей жизнью, хорошо. У тебя есть семья, дети?

Д: Да, один ребенок, сын.

Т: Сын? Круто, и сколько ему уже?

Д: Уже 2 года.

Т: А как зовут?

Д: Изая. На самом деле, в течение всего этого времени мне нужно было снова найти себя. Надо было проводить время с семьей, друзьями и теми людьми, которые мне близки. Да и просто нужно было сделать небольшой шаг назад, чтобы посмотреть, как развивается паркур. Я никогда не хотел, чтобы у меня был статус босса, который приказывает: «Ты должен делать это, а ты – то и все такое». Я изучал паркур свободно, и поэтому хотел увидеть, как он развивается в свободной среде. И вот я вернулся, потому что заметил несколько вещей, которые можно улучшить.

Т: В тот момент, когда, как ты говоришь, ты отошел в сторону, сообщество решило, что оно само по себе. В интернете было много споров. Одни говорили что-то типа: «Давид сказал, сальтухи это не паркур». И тренировали чистое перемещение. Другие продолжали совмещать акробатику и паркур. И все такое в этом роде. Так что ты изначально вкладываешь в это понятие? Сальтухи – это паркур? Это часть тренировок, чтобы быть лучше в паркуре или как?

Д: Что ж, вот уже в 250-й или какой там раз я попытаюсь объяснить это как можно проще. Тут проблема в том, что люди все равно будут толковать это по-своему, и здесь уж ничего не изменишь. Но я думаю, что найдется несколько умных людей, которые видят паркур и понимают его. Паркур – это способ тренировки, который позволяет нам преодолевать препятствия. И неважно, являются ли эти препятствия городскими или естественными. Акробатические движения для меня – это выражение удовольствия, радости, желания повалять дурака и повеселиться, покрутить сальтухи. И это одна сторона. Но в основе паркура лежит эффективность, движение вперед, преодоление препятствий и продвижение. Но я не имею ничего против акробатики. Я занимался гимнастикой, потому что мне нравилось прыгать сальто. Когда я на пляже, мне нравится веселиться и прыгать сальто назад. Но не стоит путать эти разные вещи. Это можно сравнить с боевыми искусствами. Там есть бой, драка, а есть ката, которые больше относятся к артистичной стороне, к ударам и трюкам. Но ката и бой – это не одно и то же. В бою все четко и прямолинейно. Бум! А есть трюки, это веселье, фристайл, да это круто. В паркуре то же самое. Если сегодня проводится какое-либо паркур-мероприятие, молодые люди приходят и веселятся, делают трюки, и это нормально. Они весело проводят время. Крутятся и все такое. Я тоже это делал. Но это не было тем направлением, которому я хотел следовать. Поэтому я оставил его позади. И когда я делал свои первые видео, то хотел показать, что это мое физическое самовыражение. Хотел придать им какой-то смысл и найти там эффективную сторону. Это было новой техникой. А когда ты добавляешь вещи, которые не являются основными, к технике, в основе которой лежит практичность применения, ты уходишь от этой техники. Поэтому мне нужно было объяснить, что есть простой, базовый паркур, который дает физические кондиции. И есть дополнения, которые переходят в акробатику, фристайл или чтобы вы там ни захотели.
Если бы действительно происходило что-то, что мне не нравится, мне кажется, я выступил бы с видео-обращением, в котором сказал бы: «Прекратите это делать!». Но я не сделал этого. Я из тех людей, которым не нравится, когда им говорят, что нужно делать. Я всегда чувствовал, что пока у меня есть хорошие намерения, и я хочу сделать что-то хорошее, я должен делать это свободно и так, как мне захочется. Вот, чем был для меня паркур. Поэтому, если люди счастливы, прыгая сальто, браво им! Если они счастливы, участвуя в соревнованиях, браво! Буду ли я, Давид, участвовать в соревнованиях? Нет, не буду. Но если тебе это приносит радость, это хорошо. У меня с этим нет никаких проблем. Я не хочу запрещать соревнования. Если кто-то хочет их проводить, они будут проводиться. Если кто-то не любит соревнования, пусть идет тренироваться. Если ты любишь лазать по деревьям, лазай. Никаких проблем.В паркуре все вольны делать то, что они хотят. Но что я не собираюсь терпеть, так это неуважение к другим людям, людей, которые плохо отзываются о других. Есть те, кому не хватает почтительности. Люди, которые не уважают тех, кто был здесь уже довольно долгое время. Мы уже рисковали, чтобы дать паркуру жизнь, пока другие не делали абсолютно ничего. Мне не нравятся люди, у которых нет такого чувства уважения. Но в отношении тех, кто говорит: «Давид, я хочу прыгать сальто, хочу участвовать в соревнованиях…», я хочу сказать: «Вперед, делай, что хочешь». Тут я не могу ничего запрещать. Наоборот, цель паркура в самовыражении, поэтому можно лишь процветать, будучи открытым. Если ты начнешь идти к открытости, при этом закрывая другие пути, то потеряешься. Тебе нужна максимальная открытость. Ты должен развиваться, пробуя все разные возможности. А затем сделай свой выбор. Ты поймешь, что, может быть, попробовав участвовать в соревнованиях, ты предпочтешь что-то другое. Может, ты захочешь стать инструктором, преподавать, учить детей. Ты найдешь свой собственный путь.

Т: Вот, как я понимаю боевые искусства: поначалу были просто драки, которые потом развились во много разных стилей, распространившись по всему миру. И я думаю, что паркур может пойти по такому же пути. Сейчас есть много разных стилей паркура, фрирана. Кто-то практикует эффективное передвижение, кто-то больше внимания уделяет стилю. Одни практикуют дисциплину, другие – артистичность. И мне кажется, что это все может перерасти во много разных стилей по всему миру.

Д: Да, мне кажется, ты все верно понял. Паркур будет распространяться, проникая в другие области деятельности. Он может принести пользу в профессиях, связанных с высоким риском. Может сделать окружающую нас среду обитания более артистичной. У него есть полезная сторона. Для тех же гуманитарных целей, ведь паркур означает действовать, чтобы помогать кому-то. Поэтому паркур будет эволюционировать, проникая во многие другие сферы. Я думаю, сегодня мы все еще понятия не имеем, куда он может пойти. Ведь все те мастера, которые привносят в дисциплину каждый раз много нового, дополняя ее, словно скульпторы, вдохновляют и продвигают развитие паркура. Но я хочу сказать, что вот я здесь, и спасибо вам за это интервью и за то, что делаете это для меня. Но, находясь здесь, я в то же время не здесь. Ведь, как кто-то сказал, паркур больше не является моей профессией. Сегодня паркур – это то, что я пережил, то, что я передал. И паркур будет таким, каким его сделаете вы. А для меня вполне нормально находиться здесь, указывая направление. Но действительность заключается в том, что теперь паркур – это вы. Это больше не я. Я здесь. Если кто-то хочет прийти и навестить меня, отлично. Но если завтра меня не станет, паркур будет продолжать жить. Поэтому я рад находиться здесь с вами сегодня, переживать это все, встречать молодых людей, которые сейчас занимаются этим делом. И надеюсь, оно всем пойдет на пользу. Надеюсь, оно пойдет на пользу тем, кого я встретил, тем, с кем я не смог увидеться, и тем, кто говорит о паркуре. Ведь сейчас много тех, кто говорит, не понимая того, о чем они говорят, потому что они не пытаются со мной встретиться. Некоторые говорят: «Мы не видим Давида, он сидит где-то в своем углу». И они даже не пытаются понять, почему я в этом углу оказался. Поэтому я рад наконец-то поговорить обо всем этом.

Т: Знаешь, раньше СМИ говорили, что это безумный спорт и сплошное трюкачество. Но со временем появились репортажи про то, как паркуром занимаются девушки в Тегеране, про команду ParkourDance, которая проводит тренировки для пенсионеров. Я пытался распространить эти видео, чтобы показать, как это классно, ведь паркур подходит для всех, абсолютно для всех, независимо от возраста. И мне кажется, что наконец-то СМИ видит в нас уже не столько безумцев-каскадеров, которые прыгают по крышам, сколько обычных людей, детей, стариков, для которых паркур – это часть их повседневной жизни, способ познать свое тело. Как говорится, познай самого себя. И паркур – это способ познать себя в физическом плане. 

Д: Да, для меня это тоже очень важно. Этот пример про девушек из Тегерана особенно примечателен. Насколько помню, сначала их было только трое, они не могли тренироваться в спортзалах, им нужно было полностью закрывать свое тело во время тренировок. И вот через 3-4 года их уже около 300 человек. По-моему, это невероятно. Я бы хотел поехать и встретиться с ними. Хотелось бы поговорить с ними и понять, что произошло у них в голове. Ведь они тоже имеют свое видение практического применения паркура. Но я здесь не для того, чтобы говорить: «Делай это!» или «Делай то!». Люди берут что-то от паркура и затем делают с этим то, что они захотят. Мой отец всегда говорил: «Если ты убежден, что то, что ты хочешь сделать, правильно, то не позволяй никому встать у тебя на пути». Не слушай тех, кто сомневается или возражает. Если в глубине души ты считаешь, что все это хорошо, что у тебя нет плохих намерений, ты не используешь чьи-либо преимущества, деньги не являются твоей мотивацией или что-то в этом роде, то иди вперед. Действуй, удостоверившись, что тебе нет дела до того, что говорят остальные. Сейчас я вижу, что все вокруг постоянно пытаются что-то сказать. Поэтому я затыкаю уши и действую. В нашей жизни, если ты остановишься и будешь спрашивать у всех: «Что? Что мне делать», ты не знаешь, куда тебя это приведет. Потому что ты слушаешь других, а потом говоришь: «Один человек посоветовал мне сделать так, а кто-то еще сделать вот так». А целью нашей жизни является найти себя, быть в гармонии с собой и найти свой путь. Мы здесь не для того, чтобы заставлять других следовать по нашему пути. Я нашел свой путь, ты нашел свой, и так каждый ищет свой путь. В таком случае ты можешь стать самим собой, а не кем-то еще. Поэтому в паркуре, на самом деле, главным является сосредоточиться и определить, чем ты хочешь заниматься в этой жизни, куда ты хочешь пойти, найти свой способ дойти туда, не слушать других людей, если у них нет позитивных намерений, и их советы не помогают тебе двигаться вперед. Не слушай других. И ты будешь развиваться. Вот почему мне понравилось заниматься паркуром, ведь здесь не требовалось говорить так много, как я говорю сейчас. Когда я занимался паркуром раньше, мне не нужно было разговаривать, потому что моя работа была уже сделана. Я мог объяснить паркур, рассматривая его под любым углом, и я уже понял его. В любом случае, люди получат только то, что они хотят получить. Такие дела. 

Т: Как я понимаю паркур, насколько я его чувствую, тут надо больше прислушиваться к своей интуиции, чем к своему разуму. Иногда твой разум говорит тебе нет, но в глубине души ты чувствуешь, что все получится. И для меня это физическая форма понимания того, говорит ли сейчас мое сердце или мой разум. Я думаю, что разум должен всегда служить нашему сердцу, а не наоборот. И мне так нравится паркур, потому что когда я смотрю на прыжки, теперь я начинаю понимать разницу между «нет, ты не можешь» и «нет, лучше не надо», понимать, к чему стоит прислушаться. Это отличная практика в физическом плане, потому что ты можешь применять ее в ситуациях своей повседневной жизни. 

Д: Ты сам ответил на свой вопрос. Ты все ясно понял. Паркур и правда инстинктивен, ведь мы, по сути, не должны что-то обдумывать или вычислять. Мы должны научить тело чувствовать и не предавать нас. Проблема в том, что часто я вижу в паркуре людей, которые приходят и считают шаги: 11 шагов или 12 шагов… Они измеряют. А вообще-то они должны использовать свой глазомер. Посмотрел, примерился и бах! Сделал. Или смотришь и понимаешь: «Нет, это не по мне». Глаза – наш измерительный инструмент, и то, что воспринимают глаза, инстинктивно. Те, кто считает шаги, не используют инстинкт. Они становятся техничными: «Вот, я посчитал шаги, все ли теперь в порядке?». Это все техника. А инстинктивные вещи являются естественными. Когда ты тренируешься, то учишься искать то, что естественно. Учишься избавляться от всех плохих вещей, которые ты совершил, или с которыми что-то не в порядке. И паркур учит снова находить во всем равновесие. Когда занимаешься паркуром, становишься уравновешенным, достигаешь гармонии. 
Это как в случае с разными вибрациями или со звуками, музыкальными нотами. Если нота звучит не в унисон, это сразу слышно и вызывает неприятные ощущения. А когда все ноты звучат верно, ты сразу чувствуешь, что все правильно. Когда мои внутренние и визуальные ощущения хорошие, когда я чувствую, что это правильный прыжок, я удачно его прыгаю. Это значит, что я достиг гармонии.

Т: Когда ты передвигаешься или тренируешься чисто для себя, не на камеру, просто с друзьями, ты наслаждаешься текущим моментом. И ты чувствуешь, будто с тобой присутствует какой-то дух, который тебя оберегает. Можешь назвать это богом или какой-то энергией. А когда делаешь что-то на камеру, когда на тебя смотрят другие, или ты красуешься перед девчонками, этот дух сразу пропадает, и ты теряешь эту защиту. Когда ты тренировался, то чувствовал что-то подобное?

Д: Да, у меня были подобные ощущения. Когда я начал заниматься паркуром и участвовал в съемках для телевидения, то, когда на меня направляли видеокамеры, я чувствовал, как внутри что-то умирает. Я немного похож на американских индейцев. С каждой новой фотографией я чувствую, будто кто-то забирает часть моей души. Когда мы снимали кино, меня часто снимали тогда, когда я не хотел что-либо делать. И тогда я начал для себя открывать другой паркур. Ведь раньше паркур был для меня тем, с чем я жил на своих условиях. Если мне не хотелось продолжать заниматься, я прекращал. Если я хотел спать, я спал. Потом я снова шел на улицу и возобновлял тренировку. Я был связан с природой, с окружающей средой. Никогда не было таких случаев, когда кто-то говорит тебе: «Прыгай! Сейчас. Снова. Еще раз». А это не паркур. Поэтому я с этим завязал.

Т: Да уж. По-моему в такие моменты паркур становится очень рискованным занятием.

Д: Ты вот говоришь о риске. В настоящем паркуре не используют телефоны или видеокамеры.

Т: Да, точно, только ты и настоящий момент.

Д: Конечно я понимал, что могут быть несчастные случаи и все такое, но я сказал себе: «Если я буду оставаться сосредоточенным, их можно избежать». В интернет-роликах часто говорят: «Давай, давай, я снимаю. Ты готов? Погнали!» И бум! Смотришь это, и остается только покачать головой. Когда люди спрашивали меня: «Давид, когда новое видео?» Нет уж, спасибо. Я сказал себе, что если буду делать новые видео и снимать новые прыжки, то другие захотят их повторить. Получается, из-за меня люди будут рисковать. Меня это совсем не радует, поэтому я прекратил снимать видео. Что тут еще говорить. Я решил, что теперь буду тренироваться сам для себя. Может потом я изменю свое решение, посмотрим. Но когда в Интернете начали появляться видео со всеми этими падениями, я расстроился. Я думал, что паркур – это то, что делают с любовью, с душой и не только для себя. Поэтому видя, как люди себя калечат, у меня возник вопрос: «Зачем?» Для меня это было слишком. Меня переполняли эмоции. Я не мог этого понять. И я сказал себе: «Тебе нужно остановиться». Проблема в том, что сейчас, если я захочу пойти потренироваться, сразу начнется: «О, да там Давид, пойдем заснимем его». Серьезно, я с этим ничего не могу поделать. Какой уж тут паркур. Разве что если в три часа ночи, пока никто не видит. Совсем непросто.

Т: Да,понимаю тебя. В паркур-сообществе появляется много вегетарианцев,в тему того,что нужно быть сильным, чтобы быть полезным.Типа ты хочешь приносить пользу людям, окружающей среде,ну и животным тоже. Кто-то оставляет за собой трупы бедных животных из-за того,что думает,что это сделает его сильнее…Но ведь сила,она идет изнутри. И люди начинают понимать,что ты можешь быть сильным,не употребляя в пищу мясо животных. Каков твой взгляд на такой образ жизни как на дополнительную часть паркура, его философии: быть сильным, чтобы быть полезным,в том числе и для животных?

Д: Что до меня,я не вегетарианец. Я люблю курицу. Но я не исключаю такой возможности,что через несколько лет я могу стать вегетарианцем. Раньше я питался как все,потому что верил,что для того,чтобы быть сильным,нужно есть мясо.Но позже я осознал,что это не так. Есть спортсмены,довольно высокого уровня,такие,как Карл Льюис, например,которые являются вегетарианцами.И это не помешало им стать чемпионами, иметь достаточный запас энергии. Так зачем мне есть мясо животных,когда овощей и злаков вполне достаточно?Просто невероятно от какого количества мусора пришлось избавиться моему организму с того момента,как я появился на земле. У нас нет необходимости потреблять так много,чтобы иметь достаточно энергии. Поэтому я рад тому,что многие молодые люди движутся в этом направлении. Я думаю,что если тренироваться,быть вегетарианцем,немного заниматься йогой,то можно развить связь между своим телом и разумом.Это полезно. Я не собираюсь убеждать кого-то становиться вегетарианцем. Каждый волен выбирать то,что ему больше подходит.Но это полезная вещь. Возможно,тебе будет интересно: у меня есть один друг,с которым я тебя как-нибудь с радостью познакомлю. Это Hors Humain. Если ты о нем не знаешь,можешь поискать в Интернете. Я его очень уважаю. Он обладает такой энергией,о которой ты говоришь. Он вегетарианец,он умеет контролировать свое дыхание. Мы вместе работаем над тем,чтобы соединить эти вещи с паркуром и попытаться сделать паркур еще сильнее.Так что я хотел бы передать небольшой привет: «Привет,Hors Humain». Я уже многому научился у этого человека,надеюсь,у тебя тоже будет возможность поучиться у него. Я многое узнал о себе. Я не какой-нибудь гений. Я просто Давид Бэлль,обычный человек,как и все остальные. Я живу на Земле,я попробовал заниматься несколькими вещами. Что-то у меня получается хорошо,что-то не очень.Не знаю, как объяснить. Я стараюсь оставаться скромным и смиренным,насколько это возможно. Если,может быть,я сказал что-то непонятное или что-то плохо объяснил,прошу меня извинить. Я лишь хочу,чтобы то, что передал мне мой отец,продолжало развиваться. Хочу,чтобы это занятие приносило радость людям.В конце концов,если есть те,кому я нравлюсь или не нравлюсь,мне на это искренне наплевать. Я прошел весь этот путь не для себя. Может быть,завтра я исчезну еще на десять лет. Возможно,вы меня еще увидите.Это неважно. Важен паркур.

Т: Есть ли что-то,что ты бы хотел передать нам от своего отца? Когда мы говорим о паркуре,то говорим,что ты создал,придумал паркур, дал ему название,вдохновляясь примером своего отца. Так вот,есть ли какие-то идеи,которые высказывал твой отец, и которые еще не озвучивались тобой в различных интервью, которыми ты хотел бы поделиться с паркур-сообществом?

Д: Мой отец часто говорил мне,что он видел новое поколение молодых людей,которые являются сильными и независимыми,ответственными и почтительными. Надеюсь,что люди, которые занимаются паркуром,поймут следующее: самое худшее – это эгоизм. Самолюбие – это худшее,что может быть в паркуре. Каждый из нас прошел через это,и я не исключение. Эгоизм похож на болезнь. Он разрушает людей, во всех смыслах…Он приводит к войнам и прочим негативным вещам. Если нам удастся понять это, осознать,что такое эгоизм на самом деле и уничтожить его, мы сможем достичь гармонии с собой. Мы сможем жить,не думая о том,как нас воспринимают окружающие,не беспокоясь о том,что кто-то там скажет и не пытаясь стать лучшими,а просто жить.Будучи эгоистичными, желая стать лучшими, иметь больше денег,самую красивую жену,мы хотим всего. Поэтому проблемой паркура,и не только его,является эгоизм. Но в паркуре в особенности самомнение может раздуваться. Все,кто занимается паркуром,достигнув определенного уровня,они ведь сразу становятся пророками и гениями. Но нет. Мы все чувствовали подобное. Ты тоже чувствовал. Но паркур не дает нам никаких супер-способностей. Как же лучше объяснить…Это чувство благополучия,а не супер-способность. Паркур дает нам чувство благополучия. А когда ты чувствуешь себя хорошо,ты хочешь помогать другим тоже достичь благополучия. И так каждый передает друг другу эту позитивную энергию. Но от паркура невозможно получить никакой супер-способности,используя свое эго. Эгоизм – враг паркура. Что тут еще добавить. Хотелось бы сказать сообществу: «Не старайтесь стать лучшими. Старайтесь стать лучше»

Перевод: Юрий Лисов